МОСКВА, СИБИРЬ, УРАЛ И ДАЛЕЕ ПО РОССИИ

Историк Людмила Сергеевна Рафиенко

Вероятно, нет ничего удивительного в том, что москвичку Людмилу Сергеевну Рафиенко лучше знают на Урале и в Сибири, нежели в столице.Бывает и наоборот. Человека с периферии прекрасно знают в столицах, а то и за границей, но не знают в своей провинции. Для творческих людей это обычное явление. Здесь многое определяет случай, в немалой степени везение, личные качества человека, его мобильность, коммуникабельность, связи, наконец, но в большей степени – талант, успехи и результаты труда. А Людмила Сергеевна немало сил, времени, здоровья и личных средств положила на поиск, сохранение, описание и возвращение людям памятников истории и культуры огромных регионов, каковыми являются Урал и Сибирь, да и других краев, городов и всей нашей необъятной родины.

Не одно поколение специалистов (историков, архитекторов, искусствоведов, музейных работников, реставраторов), а также краеведов, школьников, учителей будут пользоваться ее трудами, библиографический указатель которых насчитывает более 200 книг, статей, рецензий, публикаций документов.

Родилась Людмила Сергеевна Рафиенко 15 июня 1933 года в Москве в семье служащих. Отец ее – Сергей Иванович Жолкевский работал бухгалтером в Мосхлебторге, во время Великой Отечественной воевал в народном ополчении, защищал Москву от немецко-фашистских захватчиков; мать – Евгения Михайловна Жолкевская (урожденная Гурская) трудилась машинисткой в госбанке.

В 1951–1956 годах Л.С. Рафиенко училась на историческом факультете Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова, по окончании которого уехала в Сибирь, на родину мужа-иркутянина Николая Исаевича Рафиенко, кандидата геолого-минералогических наук. В Иркутске недолгое время она работала преподавателем в техникуме советской торговли, затем перешла в Иркутский государственный университет имени А.А. Жданова ассистентом, а через несколько месяцев – преподавателем-почасовиком. Через два года перевелась преподавателем-почасовиком в Новосибирский педагогический институт.

С 1960 по 1963 год работала старшим лаборантом в Постоянной комиссии по общественным наукам, а затем в Отделе гуманитарных исследований, преобразованном в Институт истории, филологии и философии Сибирского отделения Академии наук СССР. Говоря о работе в этих академических учреждениях, Л.С. Рафиенко с непременной теплотой вспоминает директора института, патриарха сибирской археологии, историка, впоследствии академика АН СССР, Героя Социалистического Труда, дважды лауреата Государственной премии СССР Алексея Павловича Окладникова, который по-доброму относился к молодому историку и способствовал ее научному становлению.

Путь в науке Л.С. Рафиенко начинала как медиевист. Читала и переводила со староанглийского средневековые хроники, писала диссертацию по истории Англии. А затем – крутой вираж судьбы. От первоначального увлечения остались только собранные материалы к диссертации да две статьи – «Роль Лондона в политической борьбе в Англии начала ХIV века», которая основана на изучении официальных документов и текстов хроник, изданных в Лондоне в 1882–1883 годах Уильямом Стэббсом в серии «Chronicles and memorials of Great Britain and Ireland during the middle ages», и «Ордонансы 1311 г. как источник по истории социально-политической борьбы в Англии начала XIV в.» 10. Надо отметить, что обе статьи Л.С. Рафиенко не утратили научного значения до сего времени.

Пять лет – с 1963 по 1968 год – Л.С. Рафиенко училась в очной аспирантуре при Новосибирском университете, затем защитила диссертацию «Управление Сибирью в 20–80-е гг. ХVIII в.» на соискание ученой степени кандидата исторических наук 11. Научным руководителем работы был доктор исторических наук М.М. Громыко, официальными оппонентами – доктор исторических наук, профессор М.Т. Белявский и кандидат исторических наук, старший научный сотрудник А.Н. Копылов.

О времени работы над диссертацией и условиях, в которых она писалась, свидетельствуют шутливые стихи, сочиненные ее маленькими дочерьми Еленой и Ириной:

                                                         Скоро ночь наступит в доме,
Нам пора идти в кровать,
Наша мама начинает
Диссертацию писать.

Диссертация Л.С. Рафиенко – первый опыт исследования по областному управлению Сибири. До нее ни в дореволюционной, ни в советской историографии не было отдельной работы по этой теме. Оставив в стороне вопросы специального управления (землями Кабинета, церковного и войсками на территории края), Л.С. Рафиенко в своем сочинении рассматривает два важных вопроса гражданской администрации: первый – о системе государственного областного управления (от губернских канцелярий до низших органов сельской администрации) и второй – о городском управлении.

Хронологические рамки работы обусловлены тем, что 20–80-е годы XVIII столетия явились крупным этапом в становлении бюрократического аппарата управления. «Начало его, – пишет Л.С. Рафиенко, – совпало с введением в стране контрреформ 1727–1728 гг., ликвидировавших малоэффективные областные учреждения Петра I, но сохранивших основу, на которой, как на фундаменте, создавался разветвленный бюрократический аппарат абсолютной монархии. Реформы же 70–80-х гг. подвели итог эволюции областного строя в ХVIII в. Введение в Сибири в 80-е годы новых учреждений, созданных в результате этих реформ, свидетельствовало не только об изменениях в системе управления краем, но и о переходе к управлению Сибирью на общих со всеми губерниями основаниях» 12.

И в последующие годы Л.С. Рафиенко не оставляла избранной ею темы. «Сибириадой» можно назвать серию ее статей по истории Сибири 13, а также о выдающихся государственных и общественных деятелях, представителях науки, культуры, искусства, жизнь и деятельность которых связаны с этим обширным и богатым краем 14. Да и диссертацию «по Сибири» ей неоднократно предлагают опубликовать в качестве монографии. Людмила Сергеевна соглашается, но не находит времени, чтобы обновить библиографию, заново отредактировать текст, набрать его на компьютере…

Возвращаясь к биографии Л.С. Рафиенко, необходимо сказать, что после защиты диссертации в ее жизни произошел очередной поворот судьбы. Два летних месяца, что-бы сохранить трудовой стаж, она проработала старшим лаборантом в геологической партии и вскоре переехала в Москву. В столице устроиться на работу по специальности было трудно. И только в июле 1969 года она нашла место научного сотрудника в отделе социологических исследований в Научно-исследовательском институте культуры Министерства культуры РСФСР и Академии наук СССР, в 1974 году перешла в сектор Свода памятников отдела памятников истории и культуры. В 1979 году ученым советом НИИ культуры (ныне – Российский институт культурологии) избрана старшим научным сотрудником отдела памятников, в котором проработала до выхода на пенсию в июне 1994 года.

Работа в секторе Свода памятников стала переломным этапом в творческой биографии Л.С. Рафиенко. Именно в эти годы раскрылся ее организаторский талант, умение планировать научно-исследовательскую деятельность на длительный период, формировать авторские коллективы и направлять их работу. Л.С. Рафиенко была составителем, научным редактором (следовательно, и руководителем авторского коллектива), автором «Материалов Свода памятников истории и культуры РСФСР» по Куйбышевской, Пермской, Свердловской, Челябинской областям 15, Алтайскому краю 16, рецензентом пензенского тома, принимала участие в изучении историко-культурного наследия города Воронежа 17 и памятников деятелей культуры Омской области 18.

В ходе хорошо спланированной и четко организованной исследовательской работы удалось в изучаемых Л.С. Рафиенко областях выявить и тем самым спасти от разрушения не одну сотню памятников, которые до издания «Материалов Свода памятников истории и культуры РСФСР» общественности, ученым и краеведам известны не были и на государственном учете не стояли. Так, например, в Пермской области до начала работы по выявлению и изучению памятников истории и культуры под государственной охраной находилось четыре мемориальных памятника деятелям культуры, а в результате совместной работы авторского коллектива, состоявшего из 26 специалистов разного профиля, писала Л.С. Рафиенко, в «Материалы Свода» включено 73 памятника и памятных места, связанных с жизнью и деятельностью выдающихся представителей науки и техники, литературы и искусства; 48 мемориальных памятников и памятных мест выявлено в Перми и 25 – в районах области 19. К сожалению, попытка издать второй том материалов по Пермской области (в него предполагалось по предварительному списку включить более 50 памятников и памятных мест) успехом из-за отсутствия средств не увенчалась и поддержки у чиновников областной администрации не нашла 20.

Итогом многолетней работы над Сводом памятников истории и культуры явились не только выявленные памятники и опубликованные труды НИИ культуры, но и накопленный опыт и методические наработки, которые неизбежно появлялись у авторов, составителей и редакторов «Материалов Свода памятников». Свести к единому знаменателю весь накопленный материал и обобщить опыт работы над статьями Свода памятников взялась Л.С. Рафиенко. В 1992 году она подготовила методические разработки «Структура статей “Материалов Свода памятников истории и культуры РСФСР”, в которых помимо четких рекомендаций авторам и редакторам привела образцы статей на все виды мемориальных памятников: дом, где родился или умер, жил или бывал деятель культуры; здание учреждения культуры, в котором учились, бывали, работали деятели культуры; могила деятеля культуры; усадьба, в которой родились или умерли, жили или бывали деятели культуры. Эта методичка Л.С. Рафиенко позволила в дальнейшем унифицировать статьи, которые писались авторами для очередных томов «Материалов Свода памятников истории и культуры РСФСР», и избегать ошибок при работе над ними. Л.С. Рафиенко настойчиво добивалась того, чтобы во всех издаваемых книгах «Материалов Свода» помещался именной указатель. После включения именного указателя в пермский том это стало нормой для научных изданий НИИ культуры. По ее инициативе и при ее поддержке был подготовлен и вышел из печати «Авторский и именной указатели к “Материалам Свода памятников истории и культуры РСФСР”, изданным в 1975–1986 гг.» 21.

Работа над мемориальными памятниками привела Л.С. Рафиенко к изучению некрополей, которые являются не только памятниками истории и культуры, они могут быть важными, хотя и весьма специфическими, историческими источниками. Оценивая некрополи с этих позиций, она проводила натурное обследование кладбищ, изучала печатные издания и архивные документы, что позволило ей вычленить проблемы выявления и публикации некрополей Урала и Сибири 22. Некрополи Л.С. Рафиенко образно называет «своего рода историческими летописями, отражающими отдельные этапы исторического развития края». Некрополь представляет, по ее словам, «родословное древо города и является ценным источником для изучения генеалогических связей», и, наконец, утверждает автор, «изучение некрополей имеет большое воздействие на воспитание у молодежи уважения к своим предкам и их вкладу в историю и культуру региона». Говоря о сохранившихся рукописях уже утраченных некрополей, Л.С. Рафиенко приходит к выводу, что они «все равно представляют собой интерес как ценный источник нашего знания исторического прошлого региона и его выдающихся деятелей» 23. Публикация «Пермского некрополя» В.В. Голубцова 24 явилась существенным вкладом Л.С. Рафиенко в источниковедение истории Прикамья и Урала в целом. Прекрасно прокомментированный и сведенный воедино по разным спискам, хранящимся в архивах Екатеринбурга и Перми, труд В.В. Голубцова (1856–1892), отставного ротмистра лейб-гвардии гусарского полка, генеалога и краеведа, стал доступен специалистам и любителям родиноведения.

С большим интересом и, что важнее всего, плодотворно Л.С. Рафиенко работает в центральных и периферийных архивах, библиотеках, музеях. Ей удалось выявить неизвестные ранее документы и целые документальные комплексы, которые она публикует и вводит в научный оборот, как, например, формулярный список доктора Н.Ф. Арендта (1786–1859) 25, оказывавшего хирургическую помощь раненному на дуэли А.С. Пушкину, или документы о связях историка Урала Д.Д. Смышляева (1828–1893) с членами научных обществ России 26 и его письма к краеведу Н.К. Чупину 27.

Л.С. Рафиенко и сама много печатается: регулярно в различных сборниках, журналах, альманахах появляются ее статьи. По мере сил и возможностей она старается бывать на научных форумах (и не только в Москве). Л.С. Рафиенко выступала с докладами на конференциях в сибирских городах – Барнауле и Красноярске, Омске и Тобольске, на Урале – в Екатеринбурге, Кунгуре, Перми, Чермозе, а также в Вельске и Сольвычегодске Архангельской области и в других городах. Все эти годы она борется с историческими мифами и историографическими легендами, требует от исследователей любого уровня научной добросовестности, доказательности приводимых фактов, критического отношения к источникам 28, ибо ложь и ошибки в историческом сочинении, даже развенчанные специалистами, имеют обыкновение, как птица Феникс, возрождаться и десятилетиями перекочевывать из одной исторической работы в другую, дезориентируя рядовых читателей, у которых нет ни возможностей, ни навыков проверять почерпнутую информацию, и вводить в заблуждение даже профессиональных историков, доверчиво полагающихся в работе на своих предшественников.

Многие годы Л.С. Рафиенко с увлечением и весьма активно занимается биографикой и связанными с нею краеведением, биобиблиографией, словарно-энциклопедическим делом и другими вспомогательными и специальными историческими дисциплинами. Десятки статей о деятелях науки, искусства, культуры, которые, увы, не все оказались востребованы, подготовлены ею для Енисейской (Красноярск), Поморской (Архангельск), Уральской исторической (Екатеринбург), Музейной (Москва) энциклопедий и многотомного издания «Русские писатели. 1800–1917: биографический словарь» (Москва). Издания объединяет одно – тщательность и полнота собранного материала и, непременно, его новизна.

В этом ряду стоит книга Л.С. Рафиенко о горном инженере Николае Васильевиче Воронцове (1833–1893), основателе сталепушечного производства в Перми, создателе уникального 50-тонного парового молота-гиганта на Пермских пушечных заводах, впоследствии директоре Путиловского сталелитейного и рельсопрокатного завода и Горного института в Петербурге 29. При подготовке к печати этой книги, вышедшей в популярной серии «Замечательные люди Прикамья» тиражом 5000 экземпляров, Л.С. Рафиенко не изменила своей позиции ученого и убедила-таки издателей сохранить в книге справочный аппарат: ссылки на многочисленные архивные и печатные источники, список опубликованных трудов Н.В. Воронцова и основные даты его жизни и деятельности. Вопреки редактору издательства книга, несомненно, выиграла от этого и приобрела ценность не только для краеведов, но и маститых ученых, поскольку все приводимые автором факты доказательны и легко проверяемы по первоисточникам 30.

Так получилось, что подвижнический труд Л.С. Рафиенко официальными властями оценен очень скромно. С улыбкой нынче можно говорить о том, что ей присваивалось звание «Ударник коммунистического труда», что она награждена медалью «Ветеран труда». Но в свете всего того, что сделала Л.С. Рафиенко в исторической науке, не это, видимо, главное. Важнее другое: у нее есть имя – Людмила Сергеевна Рафиенко. Это не только знак высокой академичности, но в первую очередь – знак научной добросовестности и свидетельство первозданной новизны. А репутация серьезного ученого и доброе имя – многого стоят!

В.С. Колбас


10 Рафиенко Л.С. Роль Лондона в политической борьбе в Англии начала XIV века // Ученые записки / Иркутский гос. пед. ин-т. Иркутск, 1958. Вып. XVI. С. 299–317; она же. Ордонансы 1311 г. как источник по истории социально-политической борьбы в Англии начала XIV в. // Труды Томского гос. ун-та им. В.В. Куйбышева: сб. науч. работ истор. кафедр. Томск,1963. Т. 171. С. 221–237.

11 Рафиенко Л.С. Управление Сибирью в 20–80-е гг. XVIII в.: автореф. диссертации… канд. истор. наук. Новосибирск,1968.

12 Рафиенко Л.С. Управление Сибирью в 20–80-е гг. XVIII в.: автореф. диссертации… канд. истор. наук. Новосибирск,1968. С. 7–8.

13 См., например: Рафиенко Л.С. Политика российского абсолютизма по унификации управления Сибирью во второй половине XVIII в. // Вопросы истории Сибири досоветского периода. (Бахрушинские чтения, 1969). Новосибирск, 1973. С. 219–233; она же. Посадские сходы в Сибири ХМШ в. // Города Сибири. (Экономика, управление и культура городов Сибири в досоветский период). Новосибирск, 1974. С. 169–185; она же. Ответы сибирских городов на анкету Комиссии о коммерции как исторический источник // Археография и источниковедение Сибири. Новосибирск, 1975. С. 13–29; она же. К вопросу о возникновении цеховой организации ремесленников Сибири в XVIII в. // Города Сибири. (Эпоха феодализма и капитализма). Новосибирск, 1978. С. 124–133; и др.

14 См., например: Рафиенко Л.С. Доктор А.А. Бунге (1803–1890) на Алтае // Известия Сибирского отделения Академии наук СССР: Серия истории, филологии и философии. Новосибирск, 1990. Вып. 1. С. 52–57; она же. Н.И. Журин – выдающийся горный инженер и общественный деятель Алтая // История, филология и философия. Новосибирск, 1991. Вып. 2. С. 16–22; она же. Лоренц Ланг и Восточная Сибирь // Известия Сибирского отделения Академии наук СССР: Серия общественных наук. Новосибирск, 1977. С. 126–132; она же. Художник-архитектор А.Л. Шиловский в Кунгуре // Ярмарки на Урале. История и современность: Тезисы докл. и сообщ. III регион. науч.-практ. конф. «Грибушинские чтения» (г. Кунгур. 28–29 марта 2002 г.). Кунгур, 2002. С. 107–110; и др.

15 См.: Колбас В.С. Авторский и именной указатели к «Материалам Свода памятников истории и культуры РСФСР», изданным в 1975–1986 гг. / Науч. ред.: Л.С.Рафиенко, Э.А. Шулепова. М., 1991. С. 7–9, 19, 23.

16 Материалы Свода памятников истории и культуры РСФСР: Алтайский край / Авт.-сост. Л.С. Рафиенко. М., 1990.

17 Историко-культурное наследие Воронежа: Мат-лы Свода памятников истории и культуры РФ. Воронеж, 2000. С. 4, 42, 49, 67–68, 77–79, 86–87, 120–121, 129–130, 135–136, 147, 155–156, 173, 227–228.

18 Рафиенко Л.С. Памятники деятелей культуры Омской области // Вопросы охраны и использования памятников истории и культуры. М., 1994. С. 141–156.

19 Материалы Свода памятников истории и культуры РСФСР: Пермская область / Сост., науч. ред. Л. С. Рафиенко. М., 1978. С. 3. В действительности мемориальных памятников было выявлено больше, о чем пишет Л.С. Рафиенко в статье «Роль краеведов над составлением «Свода памятников». См.: Методические рекомендации для руководства и практической работы краеведческих секций, краеведов и первичных организаций общества охраны памятников истории и культуры. Пермь, 1976. С. 52.

20 Рафиенко Л.С. Свод памятников истории и культуры Пермской области и ошибки в краеведческой литературе второй половины XX века // Страницы прошлого: Избр. мат-лы краеведческих Смышляевских чтений в Перми. Пермь, 2001. Вып. 3. С. 126–127.

21 Колбас В.С. Авторский и именной указатели к «Материалам Свода памятников истории и культуры РСФСР», изданным в 1975–1986 гг. / Науч. ред.: Л.С. Рафиенко, Э.А. Шулепова. М., 1991.

22 См.: Рафиенко Л.С. Проблемы выявления и публикации некрополей Урала и Сибири: (О подготовке к изданию Пермского некрополя) // Исследования по источниковедению истории России (до 1917 г.): Сб. статей памяти В.И. Буганова. М., 2001. С. 257–263.

23 Там же. С. 259–260.

24 Голубцов В.В. Пермский некрополь / Науч. ред. Л.С. Рафиенко. Пермь, 2003.

25 «Лекарь славный, Эскулапа внук…»: О последнем докторе Пушкина / Публ. Л.С. Рафиенко // Источник. 2000. № 3. С. 5–11.

26 Рафиенко Л.С. Д.Д. Смышляев и отечественные научные общества // Вестник Смышляевских чтений. Пермь, 2002. Вып. 4. С. 5–21.

27 Письма Д.Д. Смышляева Н.К. Чупину (1855–1881) / Публ Л.С. Рафиенко // Страницы прошлого: Избр. мат-лы краеведческих Смышляевских чтений в Перми. Пермь, 2001. Вып. 3. С. 238–279.

28 См.: Рафиенко Л.С. Свод памятников истории и культуры Пермской области и ошибки в краеведческой литературе второй половины XX века // Страницы прошлого: Избр. мат-лы краеведческих Смышляевских чтений в Перми. Пермь, 2001. Вып. 3. С. 125–132.

29 Рафиенко Л.С. Горный инженер Н.В. Воронцов. Пермь, 1989.

30 С наличием «слишком большого количества ссылок в научно-популярном издании», в т. ч. и в книге Л.С. Рафиенко «Горный инженер Н.В. Воронцов», не согласна преподаватель Пермского государственного института искусств и культуры Н.В. Сторожева. См.: Сторожева Н.В. Особенности справочного аппарата издательской серии «Замечательные люди Прикамья» // Смышляевские чтения: Тезисы сообщений. 17–18 октября 1992 г. Пермь, 1992. С. 48. С критическими замечаниями Н.В. Сторожевой, по моему мнению, трудно согласиться. По крайней мере, они достаточно спорны.

красноярск котофей

Вакансии

  • Rambler's Top100