Празднование Пасхи в старинной Руси

Пермские епархиальные ведомости (ПЕВ). -
1915 год. - № 9. 21 марта.
Подборка материала
для публикации О. А. Мельчаковой

Пасхальные открытки. «Архив города Перми». Коллекция фотодокументовПасха у всех христианских народов самый веселый праздник. Праздник весны и пробуждения природы соединяется с ве ликим религиозным торжеством и делает ему особую прелесть и обаятельность. Природа в это время, по народному убеждению, как бы сочувствует Воскресению Спасителя и выражает эту радость в самых обыкновенных своих явлениях.

Так предки наши вполне были уверены, что в Светлое Воскресение вспышка утренней зари на востоке небосклона быва- ет краснее, розовее, нежели в другие дни, и что солнце, при своем восхождении, трепещется, играет. В старину и на колокольнях, и на горах, и вообще на высоких местах, уже задолго до зари стояли набожные зрители, чтобы полюбоваться этим чудным и таинственным зрелищем. В Москве этим особенно интересовалась молодежь, любившая ранним утром Великого дня подняться на бесчисленные колокольни города, или совершать восхождение на Воробьевы горы.

Люди пожилые и степенные не имели времени, чтобы любоваться лучезарным восходом солнца; у них было и без того много дел при встрече праздника, особенно у людей служилых, которые по обязанности встречали праздник в Кремле вместе с Государем. В навечерие Светлого дня царь слушал полунощницу в «престольной комнате», где по окончании церковной службы совершался обряд так называемого «царского лицезрения». Этот обряд заключался в том, что все высшие бояре и низшие служилые чины, по особому благоволению Государя, входили в комнату, чтобы видеть Великого Государя «пресветлые очи». Но вот загудел призывный, полунощный, торжественный колокол и царь шествовал в Успенский собор для слушания Утрени. При этом выходе Государя окружали бояре и окольничие в золотых кафтанах и горлатных54 шапках; перед ними шли стольники, стряпчие, дворяне и дьяки. Сам государь так же был в золотом опашне с жемчужною нашивкою на горлатной шапке.

Утреня совершалась с большим благолепием и пышностью; храм горел огнями, золотом и драгоценными самоцветными камнями; повсюду блистали яркие цвета праздничных нарядов - роскошные переливы атласа и бархата. Во время заутрени после хвалебных стихирь, Государь прикладывался к местным иконам; а по возглашении «Христос Воскресе!» творил целование в уста с патриархом и другими духовными чинами; ближних же бояр своих он жаловал к руке и раздавал им пасхальные яйца, которые были самые разнообразные: гусиные, утиные, куриные и точеные деревянные, расписанные по золотому ярким узором или цветами и травами, а в «тех травах видны были и птицы, и звери, и люди». Приготовлением таких яиц занимались токари, иконописцы, травщики55 Оружейной палаты и нередко монахи Троицко-Сергиевского монастыря.

Количество раздаваемых царем крашеных яиц достигало громадной цифры - 37 тыс., и потому не удивительно, что эта раздача требовала особых чиновников; так при ней состоял особый приносчик, стольник из ближних людей и десять человек жильцов, называвшихся подносчиками и получавшими от царя за выполнение этой обязанности по 10 рублей каждый.

По окончании заутрени царь шел прикладываться к мощам и христосоваться с предками, т. е. кланяться доземно их праху. Из Благовещенского собора Государь направлялся прямо вверх во дворец и жаловал там в столовой и передней к руке и оделял яйцами бояр и других сановников, оставленных здесь для береженья, т. е. для охраны царской семьи. Выполнив этот обряд, Государь в сопровождении патриарха и разных чиновных поздравителей, шел приветствовать царицу в Золотую палату.

Палата, в которой происходило это торжественное поздравление, отличалась тем же византийским характером украшений, как и другие жилые комнаты дворца; сводчатый потолок ее был покрыт различными изображениями, писанными на золотом фоне. Эти изображения представляли венки цветов, деревья, виноградные лозы и порхающих между ними птичек. В середине потолка спускалась люстра причудливой формы; она изображала льва, держащего в зубах землю, к извилистому телу которой искусно был подвешен круг с подсвечниками. Верхняя часть стен была украшена мозаикой, представлявшей преимущественно библейские сцены, тогда как нижняя была завешена роскошными коврами.

Царица обыкновенно надевала в этот день ослепительной красоты корону, усыпанную драгоценными самоцветными камнями, разделенную жемчугом на двенадцать квадратов по числу апостолов. Прочая одежда царицы также была богато украшена жемчугом и цветными каменьями, которые ослепляли всех своим блеском; кругом трона стояла густая толпа придворных боярынь и боярышень, одетых во все белое, без всяких драгоценностей; все эти женщины стояли как статуи, со сложенными на груди руками и с опущенными глазами, будучи не вправе даже и в этот великий, праздничный день, изменить обычаям теремной жизни и господствовавшему там этикету.

Великий день заканчивался достойным образом - высоконравственным обычаем. Вечером царь посещал тюрьмы, больницы и богадельни, пленных и колодников. «Христос воскрес и для вас», - говорил он им, наделяя их одеждою, деньгами и пищей. Вообще всю Светлую неделю наши цари и царицы посвящали богомолью по разным ближайшим к Москве монастырям. В то же время царь еще должен был находить время для приема у себя множества лиц различного звания, приходивших к нему с поздравлениями и великолепными дарами. Так на другой или на третий день праздника, а чаще всего в среду Святой недели, Государь принимал в Золотой палате, в присутствии всего царского чина, патриарха и духовных властей, а в прочие дни после обедни жаловал к руке и наделял яйцами разных служителей и людей всякого звания. Все эти лица являлись с поклоном к Государю не с пустыми руками; знатные и богатые приносили в подарок царю золотые, т. е. иноземные червонцы, которые тогда еще не имели значения денег, а люди бедные и особенно разнообразные художники и мастера Оружейной палаты считали своею обязанностью поднести вместо великолепного яйца какое-нибудь хитрое произведение своего искусства. В пятницу же на Святой неделе цари обыкновенно отправлялись в Новодевичий монастырь, около которого издавна в этот день, после крестного хода, происходило многолюдное гулянье, и для царственных посетителей на обширном поле разбивали роскошные парчовые шатры.

Простой русский человек считал за грех ложиться спать в ночь, предшествующую Великому дню; заслышав благовест, шел к заутрени и, воротившись домой, громко поздравлял своих домашних магическими чудными словами «Христос Воскресе» и обменивался с ними красными яйцами.

После обычного разговенья, народ проводил время почти по одной и той же программе; кто пел великоденные песни, кто катал яйца на лубках перед разостланным ковром, кто играл в битки; обедали очень рано и ложились отдыхать, а вечером шли к вечерне. Кроме того в старину находилось много охотников звонить в колокола, а на папертях церквей собиралась всегда густая толпа народа, с наслажденьем слушавшая эту своеобразную музыку; здесь же на папертях и около церквей устраивалось настоящее гулянье: катали яйца, играли в битки, пощелкивали орехи; девушки скакали на досках; ребятишки играли в бабки, а взрослые в свайку и чехарду. Отовсюду слышался скрип качелей, и звучное христовоскресное чмоканье. Скорлупа ореховая и яичная застилала улицы и служила для каждого прохожего очевидным доказательством того, что на Руси Пасха - великий праздник.

Красное яичко

Обычай дарить взаимно друг другу красные яйца восходит к глубоким временам. Употребление красных яиц существовало еще у языческих народов. Крашеные яйца ставились у них на стол при начатии нового года и подносились в дар благодетелям. Преимущественно они окрашивались в красный цвет, почитаемый самым лучшим. В праздник нового солнечного года, 20 марта, в Персии жители приветствовали друг друга окрашенными в разную краску яйцами. Известный естествоиспытатель Плиний повествует, что римляне употребляли окрашенные яйца при различных игрищах, богослужебных обрядах и очищении грехов. Писатель Плутарх объясняет причину этого обыкновения следующим образом: яйцо представляет Творца всей природы, вседействующего и все в себе заключающего. Яйцо, как солнце, оживляет и рождает. Учения древних философов об образовании мира изъяснялись изображением яиц. Египтяне представляли его под видом вселенной и в его образе поклонялись благодетельствующему божеству Кнефу.

Греческие и римские философы выражали яйцом действующую силу природы. Древние персы изъясняли изображением яйца происхождение мира. По их мнению, вначале ничего не было, кроме Божества. Все существа плавали во тьме. Наконец, родилось яйцо: ночь покрыла его своими крыльями; старший сын Творца - любовь, имел попечение о созрении яйца. Когда же оно достигло плодотворной силы, тогда раскрылась вселенная и из нея выделились солнце и луна со всеми прочими творениями.

Откуда же ведет свое происхождение между христианами обычай дарить друг другу окрашенные яйца? Оно вмест с верою христианскою, как и многие благочестивые обыкновения, принесено к нам из Греции; из Греции же с незапамятных времен существует и до сих пор сохраняется следующее предание. По вознесении Иисуса Христа на небо, святая равноапостольная Мария Магдалина, пришедшая в Рим для проповеди Евангелия, предстала пред императора Тиверия и, поднеся ему красное яйцо, сказала: «Христос Воскресе!», и таким образом начала пред ним свою проповедь о воскресении спасителя. Первенствующие христиане, узнав о таком простосердечном приношении равноапостольной жены, начали подражать ей, а при воспоминании воскресения Христова стали и сами друг другу дарить красные яйца. Впоследствии это обыкновение мало по малу распространялось по всей церкви христианской. Кедрин в своей истории говорит, что Мария Магдалина действительно была в Риме и, представши императором Тиверию, обвиняла пред ним Пилата в несправедливом осуждении Иисуса Христа.

Что побудило св. Марию поднести Тиверию красное яйцо и какой смысл имеет это приношение? В древности и у язычников, и у иудеев было обыкновение: являясь к важному лицу, особенно в первый раз, подносить ему что-либо в дар от себя в знак уважения и любви. Пример этого мы видим, между прочим, в деянии волхвов, которые пришли с дарами поклониться младенцу Иисусу. Неудивительно поэтому, что бедная жена, пришедши в знаменитый Рим, поднесла императору, по обычаю малый и обыкновенный дар людей бедных - яйцо. Окрасила же это яйцо, по объяснению Тертуллиана, в подражание пасхальному обряду евреев, которые, омочив иссопную кисть в крови пасхального агнца, помазывали ею пороги дверей своих. И таким образом возвестила императору Тиверию, что мы избавились от суетной жизни драгоценною кровию Христа, как непорочного и чистого агнца.

По примеру равноапостольной Магдалины православные христиане взаимно дарят на Пасху друг другу красные яйца, и такое дароприношение особенно прилично христианам во дни праздника Пасхи. Своею простотою и невинностию оно выражает взаимное дружелюбие христиан, сопровождаясь, при взаимных изъявлениях мира и любви, братским лобызанием и воспоминанием о воскресении Спасителя, примирившего своею крестною смертию всяческая. Взаимно давая друг другу красные яйца, христиане исповедуют два важных события: смерть и воскресение Господа, а также и наше будущее воскресение после смерти. Яйцо есть символ возрождения; оно носит в скорлупе свой зародыш будущего птенца. Как из яйца рождается скрытая в скорлупе жизнь, так из гроба, - жилища смерти и тления, - восстал Жизнедавец, а в будущей жизни воскресит и наши тела. Таким образом, яйцо является символом нашего будущего воскресения, возрождения в жизнь вечную.

54 Горлатка - дошлый пушной зверь, у которого душка означилась иною шерстью. Дошлый зверь - выматоревший, поспевший по возрасту или долинявший по времени года // Даль В. И. Толковый словарь русского языка. Совре- менная версия. - М., 2004. - С. 186, 219.

55 Художник по росписи низшей квалификации, рисовавший травку, завитки.

Вакансии

  • Rambler's Top100