Выдающийся лесовод и археолог

К 200-летию со дня рождения Александра Ефимовича Теплоухова 

Александр Ефимович Теплоухов родился 21 августа 1811 года в селе Карагай Оханского уезда Пермской губернии. Отец Теплоухова, Ефим Николаевич был фельдшером, а затем приказчиком графов Строгановых. Начальное образование Александр Ефимович получил в Ильинском училище Строгановых, после окончания которого, как способный ученик, в числе других 18 мальчиков-крепостных из Пермского имения Строгановых был направлен в созданную в 1824 году по указанию Софьи Владимировны Строгановой горнозаводскую школу в Петербург. 
Эта школа являлась уникальным учебным заведением, предназначенным для подготовки специалистов и управляющих для огромного Пермского нераздельного имения графов Строгановых. Подробные сведения о школе приводятся в статье Н. Рогова «Воспоминания о школе земледелия и горнозаводских наук графини С.В. Строгановой, существовавшей в Санкт-Петербурге с сентября 1824 до июня 1847 года»[1]. Школа находилась на Васильевском острове и занимала несколько зданий, где размещались учебные аудитории, минералогический кабинет, лаборатория,  спальни, столовая, кухня, прачечная, помещения для персонала. Во дворе были установлены гимнастические снаряды и «исполинские шаги». В школу принимали по результатам экзамена мальчиков 12-18 лет, в основном из числа крепостных Строгановых, отобранных из лучших учеников школ Пермского имения. Учащиеся жили при школе, большую часть времени (по 10 часов в день) посвящали занятиям. В воскресенье и по праздникам ученики получали увольнительные до 8 часов вечера, те же, кто ходил в театр, могли вернуться и позже. Телесные наказания применялись в исключительных случаях. Школа давала как общее, так и специальное образование: в двух низших классах преподавались Закон Божий, русский язык, арифметика, геометрия, алгебра, география, чистописание, рисование, черчение, пение и гимнастика; в двух высших классах – русская словесность, минералогия, геогнозия, алгебра, геометрия, тригонометрия, механика, топография и хозяйственная съемка земель, физика, химия, архитектура, правоведение, политэкономия и практическая бухгалтерия. До 1837 года изучались немецкий и французские языки. К специальным предметам по горнозаводскому отделению, на котором учился Теплоухов, относились: горное искусство, маркшейдерское и пробирное искусство, металлургия, галургия, съемка и черчение заводских машин. Преподавателями были профессора и инженеры Горного корпуса, профессора Петербургского университета, Военной и Медико-хирургической академии, училища правоведения и артиллерийского училища. Архитектуру и рисование преподавал академик архитектор Свиязев. Учеников водили на экскурсии в Горный корпус и музеи. Практику они проходили по специальности: учащиеся горного отделения – на заводах Санкт-Петербургской губернии, возникшего в 1827 году сельскохозяйственного отделения – в имении Марьино в 66 верстах от Петербурга. Ежегодные экзамены  проводились публично, на них приглашались чиновники Министерства народного просвещения и все желающие. Присутствовала на экзаменах и графиня Софья Владимировна, лично награждавшая отличившихся учеников.  

Отдельно следует сказать о той роли, которую сыграла в судьбе Александра Ефимовича графиня Софья Владимировна Строганова. В своем духовном завещании Александр Ефимович говорит, что вспоминает за утренней и вечерней молитвой имя «воспитавшей его блаженной памяти» графини Софьи Владимировны вместе с родителями, «прося, да сподобит ее Бог Царствия Небесного»[2]. Действительно, благодаря графине, А.Е. Теплоухов получил прекрасное образование – после окончания школы земледелия и горнозаводских наук в 1830, прослужив три года в канцелярии управляющего майоратом князя В.С. Голицына (по сути, он исполнял обязанности домашнего секретаря Строгановых), он пять лет обучался в Германии в Королевско-Саксонском Тарандском лесном институте. Там он познакомился с дочерью профессора этого института Розамундой Карловной Крутч. По возвращении на родину, Теплоухов получил от графини Софьи «вольную» и 4000 рублей серебром, с которыми он поехал в Германию и женился на Розамунде Крутч, согласившейся отправиться с ним в Россию. Таким образом, графиня С.В. Строганова помогла устроить Александру Ефимовичу личную жизнь. Она же была восприемницей при крещении его старшего сына Федора в 1845 году[3].

После приезда из Германии, Теплоухов организует при Строгановской школе в Петербурге лесное отделение, на которое отбирает первоначально 6 воспитанников из уроженцев Пермского имения. С весны до осени он занимается с ними в имении Марьино, устраивая тамошние леса по немецкому образцу. Зимою в Петербурге преподает теоретические дисциплины: лесовозобновление, лесоразведение, лесосохранение, лесоупотребление, лесоустройство, лесную технологию, лесную съемку земель, лесную таксацию, физиологию растений и черчение лесных планов. После закрытия в 1845 году горнозаводского и сельскохозяйственного отделения школы занятия на лесном отделении продолжались до 1847 года, до выпуска последних учеников, вместе с Теплоуховым отправившихся в тот же год в Пермское имение для приведения его лесов в образцовый порядок. Уезжая в Пермское имение, Теплоухов отдает в печать капитальный труд «Устройство лесов в помещичьих имениях», принесший ему всероссийскую известность и выдержавший за короткий период два издания. 

Научная лесоводческая деятельность Теплоухова, начатая еще в 1833 году, достаточно подробно описана и изучена в литературе[4]. Основной целью Александра Ефимовича была выработка методик и приемов лесоводства подходивших для отечественных лесов, вместо механического применения в практике российского лесоустройства немецких технологий, далеко не всегда соответствующих местным условиям. Всего им опубликовано несколько десятков работ на русском и немецком языке, получивших признание современников и, по отзывам современных ученых, заложивших фундамент современной науки о лесе. Важно, что Теплоухов не только занимался теорией лесоводства, но и на практике успешно применил научные знания, приведя к началу 1860-х годов Строгановские леса Пермского имения (более 1 млн. десятин) в образцовое состояние. Эта колоссальная работа, начатая Александром Ефимовичем еще в начале 1840-х и проводившаяся согласно продуманному плану при помощи подготовленных им лесничих, не имела прецедентов в России ни до, ни после Теплоухова. 

Социальное и материальное положение А.Е. Теплоухова не стоит представлять как пример «нелегкой жизни горнозаводских служащих Строгановых»[5]. На самом деле Теплоуховы относились к той привилегированной прослойке служащих Строгановых, которые имели высокий социальный статус и значительный для того времени доход. Подтверждением этому служат имеющиеся в Государственном архиве Пермского края документы. Согласно копии формулярного списка А.Е. Теплоухова, еще будучи учителем лесного отделения, а с 1845 года – управляющим Строгановской школы в Петербурге, он одновременно был начальником лесного отделения при Главной конторе Строгановых, получая в год сначала 3000, а затем 4000 руб. ассигнациями. С 1847 года Теплоухов занимает должность главного лесничего и члена Главного правления Пермского нераздельного имения Строгановых, получая в год сначала 1144 руб. серебром, а с начала 50-х гг. 1600 руб. серебром. Необходимо заметить, что уже с 1848 года Александр Ефимович неоднократно назначается исполняющим обязанности главноуправляющего  всего огромного Пермского имения Строгановых на время его отсутствия или болезни на срок от двух месяцев до года. За успешное исполнение обязанностей он, кроме того, получал и награды – так в 1853 году он получил от графа Сергея Григорьевича благодарность и 1200 рублей серебром. Наконец с 1869 по 1875 год он, оставаясь в должности Главного лесничего, является главноуправляющим Пермского имения Строгановых, получая в год 2600 руб. серебром, а с 1872 года еще и 2000 руб. пенсии[6]. Доходы сопоставимы с доходами чиновника уровня губернатора. Следует отметить, что всего этого Теплоухов достиг благодаря своим личным качествам и талантам, и, конечно, потраченные на него деньги Строгановых окупил многократно. 

Интересно, что, не испытывая видимых материальных затруднений, он в 1843 году сдал экзамен на звание домашнего учителя лесоводства и до 1855 г. преподавал в домах частных лиц, а затем преподавал грамматику в Ильинском приходском училище, дослужившись до чина губернского секретаря. Получаемое за эту работу жалование составляло меньше 100 рублей в год, что нисколько не влияло на серьезное отношение Теплоухова к делу. 

Археологическим исследованиям А.Е. Теплоухова посвящена специальная работа Б.Б. Овчинниковой, содержащая, однако много неточностей, вызванных незнакомством автора с имеющимися архивными материалами и написанным знаменитым русским археологом А.А. Спицыным предисловием к «Атласу Камской Чуди по коллекции Теплоуховых», где наиболее полно охарактеризована роль Александра Ефимовича в археологическом изучении Прикамья. Первоначально коллекцию археологических предметов в селе Ильинском собирал В.А. Волегов, также выпускник Строгановской школы в Петербурге, бывший до своей смерти в 1864 г. главноуправляющим Пермского имения. В архивных документах семейного фонда Волеговых имеются указание, что уже к концу 40-х годов у него образовалась интересная коллекция древностей[7]. Все ценные вещи Волегов отсылал в Петербург графу С.Г. Строганову, бывшему большим любителем древностей, однако значительная их часть была зарисована. Согласно А.А. Спицыну, Волегов пригласил для этого художника Г.К. Козьминых из крепостных Строгановых, альбом рисунков которого «прекрасно заменял сами вещи»[8]. Получив после смерти Волегова его коллекцию и альбом, А.Е. Теплоухов оказался единственным в то время человеком, перед которым приоткрылась картина древнего прошлого нашего края. Дело в том, что к середине XIX века практически отсутствовали сколько-нибудь точные данные о жизни Прикамья до прихода сюда русских: кроме отрывочных легенд о «чуди», отдельных, обративших на себя внимание, находок случайных предметов и сведений о неизвестно кем созданных древних городищах у исследователя не было практически никакого материала. Приходилось привлекать сведения скандинавских саг, со сказочной «Биармией» которых тогдашние исследователи связывали территорию современной Пермской области. Конечно в переключении А.Е. Теплоухова с лесоводства на археологию, сыграло свою роль и сворачивание лесохозяйственных работ в имении в 1860-е годы, связанное с освобождением крепостных. Лишившись бесплатной рабочей силы, Строгановы переориентировались на более интенсивную вырубку леса, меньше думая о мерах по его восстановлению и сохранению. 

В 1860-е годы Александр Ефимович увлекся археологией, тогда в России бывшей еще новшеством. С 1871 по 1882 год он почти ежегодно проводит раскопки, в первую очередь Ильинского костища, древнего святилища находившегося рядом с его домом. Но большинство предметов в его коллекцию поступали от подчиненных ему лесных смотрителей, которые не переставали снабжать А.Е. Теплоухова найденными древностями и после его выхода на пенсию. Кроме того, археологические находки поступали от сыновей Александра Ефимовича, приобретались у крестьян и разных других источников. Таким образом, А.Е. Теплоухову удалось собрать 2700 предметов древности, не считая фрагментов керамики. Но он далеко не ограничивался простым коллекционированием: с 1867 года Теплоухов начинает вести дневник, в который подробно записывает все полученные сведения о виде предмета, месте и условиях его находки. Вскоре Александр Ефимович начинает заносить туда все касающиеся Пермских древностей сведения, кроме опубликованных в печатных изданиях[9]. Он проводит научную обработку части материала, предпринимает поездку в Германию, где знакомится с археологическими коллекциями в музеях и учеными-археологами. Им опубликовано несколько научных работ по археологии на немецком языке, позднее переведенных и изданных в России. Наиболее полно отражены в публикациях его исследования костищ, которые А.Е. Теплоухов правильно определяет как жертвенные места. Древних жителей края на основании данных топонимики он относит к финнам; в дальнейшем Александром Ефимовичем предпринимается и попытка классификации древней керамики. Таким образом, работы А.Е. Теплоухова в области археологии, безусловно, носят научный характер и сохраняют свое значение до сегодняшнего дня.

А.В. Бушмакин – кандидат исторических наук


[1] ГАПК. Ф.613. Оп.1. Д.81. Л.1-17.
[2] ГАПК. Ф.613. Оп.1. Д.18. Л.3.[3] Ф.613. Оп.1. Д.7. Л.7.
[4] И.Г. Бейлин, В.А. Парнес. Александр Ефимович Теплоухов. – М., - 1969.
[5] Б.Б. Овчинникова. У истоков уральской археологии: Теплоуховы. – Екатеринбург. – 1998.
[6] ГАПО. Ф.613. Оп.1. Д.16. Л.18-24.
[7] ГАПК. Ф.672. Оп.1. Д.261. Л.10.
[8] Спицын А.А. Древности Камской Чуди по коллекции Теплоуховых. – СПб. – 1902. – С.2.
[9] Спицын А.А. Древности Камской Чуди… С.6-11.

Вакансии

  • Rambler's Top100