Жизнь для нас с вами

 

         Если бы в Книге рекордов существовал раздел, посвященный службе в милиции, то имя Почетного гражданина нашего города, полковника милиции Якова Абрамовича ВАГИНА там бы оказалось  непременно. Семнадцать лет возглавлять уголовный розыск такого огромного и непростого региона, как Пермская область, не доводилось по сей день еще никому. Стоит ли удивляться, что энциклопедию «Лучшие люди России» украшает и его имя. Буквально до последнего своего часа Яков  Абрамович жил активно, творчески, думал о своём деле, о своих близких.

         И умер-то он в движении, в конце напряжённого рабочего дня. Яков Абрамович только что провёл встречу ветеранов, посвящённую 23 февраля и, как всегда стремительно, поднимался на своё место в ледовом дворце. Он упал, не дойдя до кресла пары шагов. Скорая спасти полковника не смогла.

        Весна 69-го. В кабинете начальника областного управления уголовного розыска новый руководитель – полковник Я. А. Вагин. Своё первое в этой должности оперативное совещание Яков Абрамович начал  так:

        - Я пришел в уголовный розыск из другой службы, поэтому тонкостей этой работы пока не знаю. Ваша задача – сделать так, чтобы всё мне стало ясно как вам, и даже лучше… Моя забота – организация.

       То, что их новый шеф несколько слукавил, сотрудники поняли быстро. Действительно, пришел к ним Вагин с поста начальника отдела службы областного УВД. Но о тонкостях сыска знал он не понаслышке.

      «Оперуполномоченный отдела уголовного розыска управления милиции Молотовской области» – так именовалась первая должность Якова Абрамовича Вагина. Именно сюда, как более грамотного – все-таки десятилетка за плечами – определили восемнадцатилетнего парня, направленного в «органы» по комсомольской путевке. Произошло это (такие даты запоминаются!) 25 марта сорок пятого…

        А через год бравого опера ждала учёба. Прошло ещё месяцев пятнадцать, и выпускник Ленинградской школы МВД СССР лейтенант Вагин со своей юной супругой – пермячкой Ниной прибыл на место службы в Якутию. Направили Якова Абрамовича на передовую – в отдел ББ (борьбы с бандитизмом). Вот там-то и проходил будущий руководитель пермского УгРо свои профессиональные университеты.

«Начальник у меня умным оказался – Васильев, якут», - вспоминал Я. А. Вагин. – именно от него я постигал азы сыска, важнейшие приемы оперативной работы и главное – уважение к Закону.

       И в каких только ситуациях не оказывался за пять с половиной лет службы на севере дальнем молодой лейтенант. Чего только не бывало в бесконечных командировках: и перестрелки, и засады, и на нож приходилось ходить… Всё, как в кино, только реально! Впрочем, схожие эпизоды постоянно вновь и вновь возникали независимо от региона службы. Возможно, потому запомнился ветерану совсем не героический момент. Зимой прилетел Яков Абрамович в Верхоянск, на полюс холода. И сразу же, у трапа самолета наконец-то осуществил детскую мечту – проверил учебник географии (любимый предмет). Отошел на шаг и… плюнул. Книжка не врала – слюна звонкой ледышкой отскочила от промерзшего бетона.

       …Была у Вагина в биографии служба в атомном Семипалатинске, была заочная учеба в Иркутском пединституте на ближайшей к юриспруденции специальности «История». И вот с 54-го Яков Абрамович вновь в Перми. Начинал с замполита 5-го отделения милиции. Через года полтора он – начальник первого отделения. Потом по инициативе Вагина был организован первый в городе райотдел, объединивший первое отделение милиции со вторым. Трудно поверить, но тогда Якову Абрамовичу исполнилось всего двадцать семь…

         Позднее руководил будущий начальник УгРо и Ленинским ОВД, и Свердловским… К образованию педагога-историка прибавился диплом юридического факультета Пермского унивеситета. И конечно же, периодически возникали всевозможные специализации по линии МВД…

       «Сыщик от бога!», - так скоро стали говорить оперативники о своем начальнике. Достаточно напомнить, что именно полковник Вагин руководил оперативной группой, которой после восьми (!) лет напряженного розыска удалось обезвредить банду, совершившую нашумевшее убийство работника сберкассы на улице Пионерской. До того бандиты, чтобы завладеть оружием, убили двух сотрудников милиции. Были на их счету и другие убийства и особо тяжкие преступления. В конце 70-х это дело прогремело на всю страну…

        Коллеги дали Якову Абрамовичу два добрых прозвища. Одно – «Мотороллер». Это потому, что угнаться за полковником сложно чрезвычайно. Если отстанешь шага на три-четыре, рискуешь потерять.

        Другой, возможно, чуть менее популярный титул Якова Абрамовича – «Часовщик». Такого звания бывший начальник УгРо удостоился за то, что «настраивал» свой личный состав, как часовщик часы: каждый сотрудник – именно на своем месте…

        Полковник никогда не поручал дела по принципу – тому, кто свободен, а всегда – тому, кто способен. Слаженная чёткость, организованность, предвидение: вот вагинский стиль. Неудивительно, что Яков Абрамович, всегда отличавшийся способностью чувствовать  перспективы, уже к концу 80-х стал сторонником создания спецподразделений для борьбы с организованной преступностью….

       На простые дела сотрудники областного управления не выезжали. Поэтому все организационные проблемы следовало решать максимально быстро и четко. Опера знали: начальник УгРо всегда обеспечит их необходимым. Это могли быть и десять дополнительных автомашин, потребовавшихся для раскрытия серии убийств в Березниках, и вертолет для срочного «десантирования» группы в один из северных поселков. Или даже такая – двадцать лет назад – экзотика, как самые современные армейские приборы ночного видения. Их, благодаря Якову Абрамовичу, одолжили военные для раскрытия кунгурских ограблений.

       Более того, каждая машина оперативников была снабжена связью. Прямые телефоны от кабинета начальника до рабочего стола каждого офицера – тоже впервые в УВД были введены Вагиным. Имелась в распоряжении сотрудников уголовного розыска и современная спецтехника. Именно Яков Абрамович стал одним из инициаторов внедрения в управлении полиграфа – знаменитого «детектора лжи».

        Да, много сил уделял Вагин техническому оснащению своего подразделения. Но первичным он всегда считал создание самых благоприятных условий для личного состава уголовного розыска – офицеров, чья работа, чья служба проходит в неустроенном командировочном быте и тяжелейших психологических ситуациях.

        Действительно, стрессы в УгРо – вещь повседневная. Снимали их по-мужски… Недаром в УВД сложилось устойчивое впечатление, что в уголовном розыске народ пьющий сильно. Такая репутация начальника не устраивала категорически. И уже вскоре после назначения Вагина, его подчиненные усвоили две вещи: «Пить хоть под подушкой, но чтобы себя не позорить», и что участие  Якова Абрамовича в застольях строго ограничивается символическим пригубливанием одной рюмки и быстрым уходом. Подействовало. Уже скоро ярлык «самые пьющие в УВД» перестал беспокоить руководителя уголовного розыска.

         Кроме выручки боевой для управления уголовного розыска естественной была и обычная товарищеская поддержка в делах хозяйственных, требующих труда бригадного (переезды, ремонты, «земельный вопрос»). Как-то сговорились подсобить Якову Абрамовичу на даче. Когда вернулись в город, он всех пригласил к себе.

          Уж сколько лет прошло, а люди вспоминают изумительного вкуса жареное мясо специально для них по особому рецепту приготовленное женой Якова Абрамовича – Ниной Михайловной. И то, как она исключительно вовремя почувствовала, что без бутылочки на столе чего-то не хватает – помешала-таки антиалкогольной политике мужа – предложила: «Доставай, Яша, сегодня можно!».

      «Как для нас, оперов, Вагин всегда был примером, так и для жен наших его супруга, красота их семьи, их взаимоотношений была образцом для подражания. Увы, не всегда досягаемым», - так подытожил мнения своих коллег один из учеников начальника УгРо, подполковник в отставке Сергей ЗЕМЕНКО.

        Что и говорить, трудно было женам оперативников поддерживать семейные очаги на том же уровне заботы, теплоты и, главное, доброго взаимопонимания, как это удавалось Нине Михайловне, вышедшей замуж за своего Яшу, когда ей только исполнилось восемнадцать…

     «Дома я практически не был. Обычный мой рабочий день длился часов  шестнадцать, а вне города и того больше. Нина Михайловна всегда очень за меня боялась и не зря, - поделился как-то Яков Абрамович. – Ведь бывали периоды, когда я находился в напряженных командировках дней по двести за год. Она всегда не просто просила, а требовала: «Позвони обязательно, хотя бы раз в сутки!». Я звонил, но… не всегда. Когда сидишь на раскрытии, о доме вообще забываешь. Жена прощала, но волновалась. Очень…»

       Полковник Вагин старался не беспокоить самого дорогого для него человека. Много о своей службе не говорил. И потому, что секретно, и чтобы не волновать. Однако поводов для волнений у его супруги возникало предостаточно. Дело не ограничивалось лишь многонедельными отлучками мужа. Просачивались в семью и тревожные вести. Скажем, не всегда Якову Абрамовичу удавалось скрыть, что до него дошла очередная угроза. А их, угроз этих, было предостаточно. И по служебным телефонам, и по домашним (узнавали же как-то!), и почта приносила неприятные конверты. То, что при задержании в лицо выкрикивали всякое – это само собой разумелось.

      О том же, что ее муж, начальник областного уголовного розыска, несмотря на должность, сам ездит на задержания, и что, невзирая на протесты коллег, в машине не отсиживается, а идёт вперёд, Нине Михайловне никто не говорил. Она сама догадывалась…

      Да уж, непроста жизнь подруг настоящих мужчин, посвятивших жизнь борьбе с преступностью! Но от них, от женщин, реальных хранительниц очага, в огромнейшей степени зависят результаты мужей, их «боевая работоспособность».

      Для Якова Абрамовича не было секретом, что достаточно часто в милицейских семьях возникают острые конфликты, что далеко не всегда жены понимают важность, тяготы, опасности труда мужчины в погонах. Поэтому для многих сотрудников собственный дом оказывается не тылом, а передовой, вторым фронтом…

      То, что надумал начальник уголовного розыска, удивило и озадачило всё УВД. Полковник собрал жён всех сотрудников – около пятидесяти женщин – и долго разговаривал с ними. Говорил об их мужьях, о том, что они делают для людей, и каково приходится им в бесконечных командировках, любая из которых не сахар.

       Потом был создан женсовет. Цель всего этого одна – укрепить тылы – наладить понимание даже в тех семьях, где оно уже почти испарилось. К удивлению коллег (тут со своей одной не можешь разобраться!..), тактика Вагина результат возымела. Семейных конфликтов становилось меньше.

        Если же  полковник узнавал, что у кого-то вновь ссора, он использовал ход, проверенный многократно. Объявлял супругам, чтобы тогда-то ждали его в гости на чашку чая. Это помогало. Чтобы не ударить в грязь лицом перед руководителем, супруги вынуждены были мириться…

         Практически каждый из его оперов благодаря упорству Якова Абрамовича переехал в более просторную квартиру. Жильё стало для Вагина и лучшим способом снизить сменяемость личного состава, и быть желанным гостем в любой семье. Думается, доброе отношение к людям – один из штрихов того, что сегодня ветераны областного УВД называют вагинским стилем.

      Семнадцатилетний период руководства Якова Абрамовича обозначен, как время интеллигентного сыска. Полковник на собственном примере учил подчинённых анализировать, приучал неукоснительно соблюдать законность. Держать руки при себе, как бы ты ни ненавидел преступника – стало одним из правил оперов.

      Вагин первейшее значение придавал умению говорить и слушать, таланту по-настоящему понимать собеседника. Любой, кто хоть однажды слышал начальника УгРо, легко мог распознать в нём личность незаурядную: яркую, интеллектуальную, творческую.

      Даже на самой ответственной трибуне, скажем, на совместной коллегии управления внутренних дел и областной прокуратуры в руках Якова Абрамовича не было типичной для этих мест папки «К докладу». В крайнем случае из кармана мог появиться листочек-другой формата «для заметок» с какими-нибудь данными или именами. И всё. Никакого конспекта, никаких шпаргалок…

       А умению своих сотрудников грамотно вести разговор начальник областного УгРо всегда уделял особое внимание. Он часто повторял: «Вы должны суметь говорить с любым человеком – от дворника до министра».

       Естественно, мог полковник сказать своим подчиненным не только доброе слово. Коли опер проштрафился, то после общения с Вагиным ему «на себя в зеркало смотреть не хотелось». Но зряшних разносов не бывало. Никогда. Да и когда разнос возникал, что называется, по делу, Вагин «отходил» быстро и старался потеплее загладить ситуацию.

       Как бы ни важна была для Якова Абрамовича служба, ею интересы свои он никогда не ограничивал. Книги, балетные спектакли и почти что навечно забронированное место в ложе цирка – всё это сферы отдыха души начальника УгРо.

       Приходилось Вагину бывать и в роли советчика у деятелей искусств. Приглашали его на Свердловскую киностудию – консультантом художественного фильма. Коллеги искренне изумились, когда увидели Якова Абрамовича свободно общающегося со сцены с режиссером и актерами после «прогона» спектакля в драмтеатре. Да разве только это? В течение десяти лет Вагин редактировал областной тележурнал «02» и радиогазету «Всегда на стараже».

       Человек такого уровня, масштаба, кругозора, естественно, располагал к себе людей самых разных. Конечно, добрые отношения у экс-начальника Пермского уголовного розыска были  со многими известными людьми города – с директорами заводов, с бывшими руководителями региона, с представителями сферы искусства. А среди друзей (именно друзей!) ветерана УВД есть имена интеллектуалов знаменитых, известных, пожалуй, каждому…

       Как-то полковника пригласили в Москву на празднование Дня уголовного розыска. В концертной «солянке» участвовал Геннадий Хазанов. Потом на банкете он и Яков Абрамович оказались рядом. С тех пор, многие годы их связывала добрая дружба.

       Так вот… В места заключения благодаря личным усилиям полковника Я.А. Вагина и его команды было отправлено (по приговору!) весьма значительное количество подонков. Сколько? Цифру эту подсчитать не удалось. Но работа Якова Абрамовича безусловно спасла не один десяток человеческих, то есть наших с вами, жизней. Спасибо!

       Среди тех, кто от души, абсолютно искренне говорил Вагину спасибо, бывали и те, кто благодаря его усилиям, оказывались на… зоне. Это преступники, которые почувствовали, что их вовремя остановили. Лишь арест спасал их от ещё более страшных судеб  –  судеб убийц. Ведь бандиты всегда стремятся «повязать  кровью» менее опытного подельника. Случалось, благодарили Якова Абрамовича ещё до суда, на допросах. Не раз приходили по-настоящему добрые письма из колоний. Многим их авторам, в конце концов, действительно удавалось вновь стать людьми.

       Есть повод сказать спасибо Якову Абрамовичу ещё и за десятки сотен тысяч возвращённых государству рублей (в весомых советских деньгах). К этой сумме, конечно же, следует прибавить те деньги и ценности, которые вернулись ограбленным, обворованным и какими-то иными способами обиженным гражданам.

       Конечно, были у бывшего начальника Пермского уголовного розыска – а позднее руководителя отдела профессионалов при управлении УгРо и одновременно председателя совета ветеранов органов внутренних дел и внутренних войск – и государственные награды, и профессиональные почетные звания. Их немало.

       Но не за награды служил Яков Абрамович – служба его была для нас с вами… Вся жизнь полковника Вагина пронизана любовью и ненавистью – любовью к людям, ненавистью к нелюдям… Вот за это низкий ему поклон и добрая наша память. 

Александр САНДЛЕР, журналист  

Вакансии

  • Rambler's Top100