Алексей Домнин

БЕСКРЫЛЫЙ ПОЛЕТ

Сидим мы с женой, чай пьем. Прибегает старый друг мой Тимоха Кривой, руками машет и словами захлебывается: в нашем городке, говорит, аэроклуб открывают. Давай, говорит, запишемся, на летчиков учиться будем.

Жена моя как сидела, так и сползла со стула в смехотворном припадке. А смеется она подолгу, икая и повизгивая. И пока она хохотала, мы с Тимохой – за порог. Таки стали мы курсантами аэроклуба.

Самолетик у нас был старенький, списанный еще в Гражданскую войну, и его мотор обычно тремя тракторами заводили. Дернут разок и ждут, пока он прокашляется, прочихается и взревет наконец, всхлипывая и сотрясаясь от негодования и обиды.

И был у нас курсант по фамилии Застенкер, отличался он почти щенячьим любопытством, все-то надо было ему услышать, потрогать, обнюхать. Голова у него круглая, белобрысая, и на ней большие оттопыренные уши казались приклеенными. Только начни что-нибудь рассказывать – уши его в твою сторону поворачиваются, как локаторы.

Так случилось, что в первый полет пришлось лететь мне с этим курсантом: он впереди за штурвалом, я сзади в кресле инструктора. Взлетели мы, сделали круг над аэродромом и попали в воздушную яму. Так нас тряхнуло, что стальные тросы взвизгнули и оба крыла отпали. Что делать – сейчас разобьемся! А курсант мой ничего не видит, штурвал на себя тянет и песни поет.

– Слушай, Застенкер, – закричал я ему прямо в затылок, – какую я тебе историю расскажу! Он как уши-то растопырил, вот как вы сейчас, чтобы слова не пропустить, так на его ушах за место крыльев мы на поляну и планировали.

Вакансии

  • Rambler's Top100