Пермские методы работы

Воспоминания

К 80-летию со дня рождения Ю.Ф. Большакова

В г. Пермь я приехал девятнадцатилетним мальчишкой в 1950 г. из д. Кашманово, Владимирской обл., после окончания авиамеханического техникума по направлению, на завод им. Свердлова.

Меня, как и других выпускников, а приехало нас человек двадцать, незамедлительно назначили на должности. Я стал технологом в цехе 34. Жили мы все в бараке в комнате на 25 мест. Умывальники и туалеты на улице. Отопление печное, кипяченая вода в бачке на кухне. Через год меня назначили старшим технологом и в 1,5 раза увеличили оклад. В то время завод выпускал поршневые двигатели АШ-82ФН; АШ73-ТК и их модификации. Одновременно шла интенсивная подготовка производства и освоение выпуска реактивных двигателей ВК-1; АМ-3 и др. а так же двигатели (ЖРД) для ракет типа «Союз».

Работы было сверх головы. Никто из нас не уходил с завода раньше 22 часов. Очень хорошо помню начальника тех. Бюро Коксанова С.С., зам. главного технолога Гиндиса М.А. Они воспитали во мне умение разрабатывать технологические процессы, проектировать и изготавливать оснастку. Они мне, как очень молодому человеку, умело рассказывали, как вести себя, как расходовать зарплату и, вообще, как жить и работать. Несмотря на производственную занятость, я учился в вечернем машиностроительном институте, который окончил в 1957 г. в том же году был назначен на должность зам. начальника цеха, где работало более 600 человек.

Много своего умения передали мне начальники цехов  Парфенов А.А.,  Иванов В.А., начальники производства Базанов И.В., Тимченко С.Г. и, безусловно, директор завода Субботин М.И.

У них я научился организации, планированию и диспетчированию производства, контролю исполнения поручений. Все это мне пригодилось во все последующие годы.

Начиная с 1956 года, я был в числе серьезных специалистов по изготовлению реактивных двигателей. Практически ежедневно я бывал на технических совещаниях у главного инженера, главного контролера. Очень хорошие отношения у меня были с районным инженером-полковником И.К. Четвериком и не только по техническим вопросам, но и по делам детских садов, где он возглавлял попечительский совет.

В те годы я уже был женат. С семьей проживал в одной комнате коммунальной квартиры. Но, несмотря ни на какие сложности, мы были уверены в лучшем завтра.

Двигатели, изготавливаемые нами, ставились на реактивные истребители и бомбардировщики, пассажирские самолеты ТУ-104 и ИЛ-18, а также на очень грозные баллистические ракеты. Переполненные гордостью за дела наши славные, изо всей мочи, до изнеможения, мы пели на праздничных демонстрациях: «Нам Сталин дал стальные руки-крылья, а вместо сердца - пламенный мотор». Я был доволен результатами своего труда и шел на работу с большим желанием. Часто приходилось выступать как администратору-коммунисту на партийных, комсомольских и профсоюзных собраниях и активах. Так продолжалось до 1959 года. В тот год я был переведен на должность заместителя секретаря парткома завода. Заново пришлось познавать – как писать доклады и решения парткома, как с партийных позиций анализировать результаты хозяйственной деятельности, как готовить и проводить партийные собрания и активы, и многое другое. Это была абсолютно другая «песня».

Мне кажется, только моя крестьянская натура была способна понять, что хотят от меня партийные боссы. Способности мои оказались выше посредственных.

Я хорошо помню, как в августе того же года к парткому подъехала машина ЗИМ-101, из которой вышел 1-й секретарь горкома КПСС – Коноплев Борис Всеволодович. Он зашел ко мне в небольшой кабинетик, ласково улыбнулся, пожал руку и сказал: «Собирайся, поедем со мной». На огромный завод им. Свердлова, насчитывающий в те годы свыше 25 тысяч рабочих, и который из меня сделал инженера, я больше не вернулся.

В тот же день я был утвержден заведующим промышленного отдела Пермского горкома КПСС, а через два года был переведен заведующим организационного отдела.  Первыми моими учителями были Коноплев Б.В. и второй секретарь Трофимюк Н.Д.  Я не заканчивал никаких партийных школ, был профессиональным «технарем», умеющим делать двигатели и все.

Трофимюк Н.Д. был педантом в делах партийной канцелярии, заставлял меня по нескольку раз переписывать справки, доклады, проекты решений. И добился своего. Он научил меня, как правильно строить работу с городскими райкомами КПСС. У него я научился, как работать с документами, и как планировать работу подчиненных людей и многим другим премудростям. Но самым главным моим партийным учителем был Б.В. Коноплев. Он не был ни доктором наук, ни академиком, но с каким бы вопросом я к нему не зашел, он находил всегда самое оптимальное решение. Мне нравился его метод работы. Собеседование он начинал с добродушной полу-улыбки, затем спрашивал: «Зачем пожаловал?», и своими разговорами рисовал ситуацию, при которой он как бы ставил себя на мое место, и с этих позиций смотрел, все ли я сделал по испрашиваемому вопросу. И если обнаруживалось, что приняты не все меры, говорил, что нужно еще сделать. Однако когда он понимал, что и этих мер все равно не достаточно -  незамедлительно оказывал помощь. В последующие годы я много лет работал директором на разных оборонных заводах. Начальниками моими были и доктора, и академики РАН, но никогда, ни один из них, не мог так быстро и проникновенно добираться до сути, как это умел делать Борис Всеволодович.

Почти четыре года я проработал в качестве заведующего отделами горкома партии, и превратился, как мне казалось, в довольно квалифицированного аппаратчика. Об этом свидетельствует, хотя бы такой факт. Как-то вечером в горком позвонил 1-й секретарь обкома партии Галаншин К.И. На работе, кроме меня никого не было. Его соединили со мной. Константин Иванович сказал, что он завтра выступает на заводе им. Свердлова, и ему к утру нужен справочный материал о работе предприятия. Утром информация лежала на столе первого секретаря обкома КПСС. Я был на этом собрании. Оратором Галаншин был классным, говорил зажигательно, с четкой интонацией и аргументацией. Моя справка была зачитана дословно. Я понял, что научился правильно готовить материалы для высокого начальства. Этот факт, или что-то другое, стало толчком, продвигающим меня на следующую должностную ступень.

В январе 1963 г. Константин Иванович сообщил, что они предлагают меня на должность второго секретаря Пермского горкома КПСС, и пригласил на пленум, члены которого в полном составе ожидали в зале собраний. На ступеньках успел шепнуть, чтобы я «не колыхался». Члены горкома меня знали и проголосовали без вопросов. Так я стал вторым секретарем горкома партии.

Следует сказать, что общегородские задачи Горком КПСС и горисполком тогда решали сообща – одной городской командой. Все, что я делал в горкоме, очень пригодилось, когда я стал председателем горисполкома. Случилось это в 1965 г. Кто был инициатором предложения – не знаю, но без согласия 1-го секретаря обкома Галаншина К.И. и председателя облисполкома, а им был высокочтимый мною Б.В. Коноплев, я бы там не был. Это Абсолютно. Депутаты горсовета за мое избрание проголосовали единогласно.

Какие главные задачи мне приходилось решать, будучи секретарем горкома, а затем и председателем горисполкома?

Известно, что в 60-х годах, в период «холодной войны», в Перми бурно развивалась оборонная промышленность и сопутствующие ей отрасли. На заводе им. Свердлова под ракетные и самолетные двигатели были построены огромные мощности. Завод в 1,5 раза увеличил производственные площади. В Свердловском районе был построен новый приборный завод авиационной промышленности. В 1,5 раза расширились промышленные площади на заводах им. Калинина и на велосипедном.

В Дзержинском районе значительно возросли производственные площади завода им. Дзержинского. Были построены заводы АДС и Электротехнический. В два раза возросли мощности завода им. Кирова в Кировском районе. А на базе крупнейшего завода им. Ленина в Мотовилихе выросли два новых оборонных предприятия. В Орджоникидзевском районе строился огромный завод «Камкабель» и изоляторный завод. Очень быстро развивалась нефтяная и газовая промышленность. Продолжал расширяться нефтеперабатывающий комбинат, строился газоперерабатывающий завод. Реконструировался завод нефтемасел.

В два раза возросли мощности предприятий стройиндустрии и строительно-монтажных организаций. В те годы  в Перми появились два новых научно-исследовательских института. Было завершено строительство политехнического института.

Развивающаяся промышленность и наука требовала новых рабочих рук, а это значит, что вся жизнеобеспечивающая структура должна развиваться также стремительно. Ежегодно нужно было строить многие сотни метров жилья, много новых школ и дошкольных учреждений, каждый год во всех районах должны были вводиться новые медицинские учреждения, предприятия торговли, общественного питания и бытового обслуживания. Ускоренными темпами должен был развиваться общественный транспорт. Необходимо было быстро построить новые мощности по обеспечению города водой, канализацией, электричеством и телефонной связью.

Все эти неимоверно сложные задачи должна была быстро решать городская власть и, прежде всего, горисполком.

Как все это претворялось в жизнь?

По каждому направлению, будь то жилье или медицина, торговля, транспорт и т. д. разрабатывались подробные планы развития. Намечалось, что, когда и кто должен делать. Вместе с облисполкомом по каждому направлению определялись источники финансирования. За исполнением этих планов систематически следили соответствующие службы горисполкома и горкома КПСС. Постоянно рассматривались данные вопросы на бюро или пленумах горкома и райкомов КПСС, на сессии народных депутатов горсовета и райсоветов.

Горисполком и райисполкомы рассматривали ход исполнения намеченных планов на каждом заседании. Было введено в практику, когда руководители горкома и райкомов КПСС, горрайисполкомов персонально курировали закрепленные за ними объекты.

Я хорошо помню, как первый секретарь горкома Мелешков А.С. не реже одного раза в неделю участвовал в работе совещаний по  строительству городских очистных водозаборных сооружений, аэродрома и аэровокзала «Савино» и др.

Мне почему-то доставался Орджоникидзевский район. Там довольно успешно развивалась промышленность, а развитие медицины, торговли, объектов народного образования и дорожного строительства отставали. Совместно с районными властями диспетчирование состояния дел там я проводил регулярно.

Мне также много персонально приходилось заниматься в осенний период заготовкой картофеля и овощей, организацией помощи совхозам со стороны города в уборке урожая.

Главными помощниками в обеспечении населения продуктами питания и всеми другими товарами были начальник городской торговли Ярушин, его заместители Гакман и Клоц. Это при их непосредственном участии в городе были построены торговые базы и много хранилищ для овощей и фруктов. Это они организовали горплодоовощторг, мебельхозторг, спорткульторг, тресты столовых и многое другое. Очень много труда вложили в развитие города руководители строительного комплекса. Это заместители председателя Сурков А.Е., а затем Лукьянченко А.И. и главный архитектор Бойченко Н.И.

Горисполком для многих организаций выступал как единый заказчик, а потому во время подготовить проектную документацию, освободить под строительство площадки, укомплектовать строящиеся объекты необходимым оборудованием и материалами было делом архиважным и очень не простым при существующем в те годы дефиците.

Под особым вниманием этих руководителей была разработка генерального плана застройки города, а также строительство важнейших городских объектов. Таких, как мост через Каму, оперный театр, трамвайное депо, водозаборные сооружения, комплексы биологической очистки городских стоков и др.

К примеру, горисполком нес персональную ответственность за устройство подъездов к мосту через р. Каму от центральных улиц города. Для этого требовалось переместить тысячи кубических метров грунта с высокого левого берега Камы, переселить сотни жителей и снести дома, переложить  в том районе все городские коммуникации (водопровод, электрические сети ит.д.). Огромные работы нужно было выполнить по благоустройству набережной. Все это было сделано в срок под руководством командиров строительного комплекса горисполкома.

Неоценимый вклад в развитие городского хозяйства внесли все без исключения руководители ведущих предприятий. Они создали на своих заводах мощные строительные подразделения и хозспособом сами возводили дома, сносили бараки, строили все инженерные сети и благоустраивали свои жилые кварталы.

Строительство объектов социального назначения в те годы было поистине всенародным. Усилиями тысяч строителей облик города улучшался изо дня в день. Ежегодно вводились сотни тысяч квадратных метров жилья, школы, больницы, детские сады, магазины, столовые, предприятия бытового обслуживания и др.

Вошли в строй такие значительные для города объекты, как мост через Каму, оперный театр, реконструированные, аэропорт и речной вокзал, новая набережная, появились быстроходные пассажирские катера на подводных крыльях и многое другое.

Однако следует признать, что успехи стали возможны еще и потому, что руководители облисполкома, совнархоза, Главного управления строительства оказывали городу постоянную помощь во всех делах и начинаниях. Так Главное управление строительства (руководители Липатов, Зеликман, Гуллер) ежедневно внимательно рассматривало по информации председателя горисполкома (т.е. слушали мою информацию) состояние строительных дел в городе и принимались конкретные решения для улучшения обстановки. Многим пермякам известно, что если бы не твердая воля руководителей совнархоза (председатель Старцев А.И.) пермский оперный театр не был бы реконструирован (1959). Средства на эти цели в бюджете не предусматривались. Если бы не воля талантливого директора Мотовилихинского завода им. Ленина В.Н. Лебедева не был бы построен шикарный Дворец культуры (1960).

Не помню случая, когда бы я не получил поддержки председателя облисполкома с чем бы я к нему не обратился. У нас были доверительные отношения со всеми руководителями предприятий. Я часто встречался с директором завода им. Свердлова М.И. Субботиным. Обсуждали заводские и городские проблемы и пути их разрешения. С Михаилом Ивановичем мы не раз встречали новый год вместе с заводским активом в центральном зале заводской фабрики-кухни. Выдающийся руководитель завода им. Ленина В.Н. Лебедев, насколько я помню, был постоянным членом бюро горкома, и я сидел с ним локоть к локтю за одним столом. Будучи делегатами XXIII съезда КПСС мы жили с Виктором Никаноровичем в одном маленьком номере трех-звездочной гостиницы «Юность». Несмотря на разницу в возрасте, во всех суждениях мы были единомышленниками. Очень полезными для меня были встречи с такими директорами, как Фарбер – завод Камкабель, Татаренко И.Ф. – телефонный завод, Соколов А.Н. – директор завода им. Кирова и многими другими.

Хорошо известно, что г. Пермь первым в России перешел на 5-дневную рабочую неделю.

Для распространения опыта работы Пермских городских служб в режиме 5-дневной недели правительство России организовало – Всероссийское совещание всех председателей исполкомов. Мой доклад по этому вопросу в виде брошюры был вручен всем его участникам. Вскоре вся страна стала работать в режиме пяти рабочих дней.

Меры, улучшающие жизнь и быт горожан вселяли надежду в завтрашний день. И тем не менее обстановка в городе оставалась беспокойной.

В торговле отсутствовали в необходимом ассортименте продукты питания, крайне мало было качественной одежды, обуви, мебели, категорически не удовлетворялся спрос на легковые автомобили. Несмотря на оказываемую помощь, пригородные совхозы плохо снабжали население сельхозпродукцией собственного производства. Производительность труда в промышленности и сельском хозяйстве резко отставала от других стран.

Знали ли мы, как городские начальники, что нужно сделать, чтобы завалить население качественными товарами? – Не очень.

Из учебников нам было известно, что после революции в период страшной разрухи и надвигающегося голода коммунисты в стране ввели НЭП, и это помогло избежать катастрофы. В разговорах между собой мы считали, что НЭП нужно возрождать, что необходимо резко поднять личную заинтересованность, разрешить частную предпринимательскую деятельность, задействовать рычаги рыночной экономики, ликвидировать уравниловку в оплате труда, ввести пособия по безработице, убрать с предприятий лоботрясов. О том, что, не пора ли вводить в хозяйственную деятельность принципы НЭПа, я делился мнениями  с работниками ЦК КПСС, когда они бывали в Перми. Меня слушали, не преследовали, и ничего не менялось.

Могли ли мы в те годы какими-то решительными действиями попытаться улучшить систему хозяйствования? – Нет.

Дело в том, что мы были продуктом, созданным правящим однопартийным режимом. Эта система, родившая нас, была нам как щуке река. Река щуку кормила, она в ней размножалась, терпела все ее природные невзгоды, но никогда не могла заставить изменить течение. Так и мы. Партийная система нам давала работу, жилье, положение в обществе, персональную машину, бесплатное лечение и отдых на курортах и т.д.

Мы были так воспитаны, что искренне думали – все хорошее решается в ЦК, там умные люди и если они не делают, как думаем мы, значит, не пришло время. Им виднее.

Однако роптание о том, что однопартийная система и нынешний ЦК является тормозом, проявлялись то в одном, то в другом месте. Явления не были массовыми и легко подавлялись. В то время пресекалось также все, что не соответствовало, так называемой, коммунистической морали. Если, к примеру, член КПСС окрестит ребенка - его исключают из партии, если начальник разведется с женой, его с работы уберут. А, если партийный функционер будет делать вид, что в семье все в порядке, а в действительности без огласки будет жить еще с двумя любовницами, то все нормально. Лицемерие было нормой поведения многих. Об этом я знал изнутри. И, тем не менее, когда в семье у меня жизнь, мягко говоря, стала невыносимой, я официально с женой развелся. Я знал, что шлагбаум дороги, по которой я шел, сам закрыл. Это было в 1968 г. Путь у меня оставался один: сесть в новый вагон, перевести стрелки и ехать в другом направлении. Так я и сделал. Однако с партией не порвал. Через некоторое время, по согласованию с ЦК КПСС, я был назначен директором и уехал в Сибирь.

Но Пермь и сегодня для меня город великий. Здесь прожил я 20 лет. Здесь люди, с которыми я работал, вылепили из меня специалиста и думающего человека. Стиль работы, методы хозяйствования, где бы я не работал после, были всегда пермскими.

Ю.Ф. Большаков - второй секретарь Пермского горкома КПСС в 1963 – 1965,
председатель Пермского горисполкома в 1965 – 1968 годах,
директор-строитель Бийского (Алтайский край) и Балакиревского (Владимирская область) заводов, награжден двумя орденами Трудового Красного Знамени и Государственной премией СССР, ныне проживает во Владимирской области

Вакансии

  • Rambler's Top100